Hetalia: Through the Eternity

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hetalia: Through the Eternity » XIX в - XX в (Балканы) » Безвыходных положений нет (Груз., Арм, Караб., Рос.)


Безвыходных положений нет (Груз., Арм, Караб., Рос.)

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Время: 24 июля (4 августа) 1783 года
Место: Крепость Георгиевск (Северный Кавказ). Тбилиси, дом Грузии
Суть: Армения и Грузия нуждаются в защитнике, Иран с Турцией уже давно хотят их забрать к себе. Им ничего не остается, как попытаться подружиться с соседом (Российской Империей). Они приглашают его к себе подчивают, да привечают. И просят всего лишь об одном, "защите" в обмен на то, чтобы "стать едиными" с Российской Империей.
Герои: Грузия, Армения, Карабах, Россия
Начинает игру: Грузия несколько нервничает и готовится ко встрече с Россией, Армения и Карабах помогают по дому. Внезапно появляется Россия

Историческая справка:
"Георгиевский трактат"
Гео́ргиевский трактат (рус. дореф. Георгіевскій Трактатъ) 1783 года — договор о покровительстве и верховной власти Российской империи с объединённым грузинским царством Картли-Кахети (иначе Картлийско-Кахетинским царством, Восточная Грузия) о переходе Грузии под протекторат России.

В конце 1782 года Картли-Кахетинский царь Ираклий II обратился к и императрице России Екатерине II с просьбой принять Грузию под покровительство России. Стремясь упрочить позиции России в Закавказье, Екатерина II предоставила Павлу Потёмкину широкие полномочия для заключения договора с царём Ираклием. Уполномоченными с грузинской стороны были князья Иванэ Багратион-Мухранский и Гарсеван Чавчавадзе.
По договору царь Ираклий II признавал покровительство России и частично отказывался от самостоятельной внешней политики, обязываясь своими войсками служить российской императрице. Екатерина II со своей стороны выступала гарантом независимости и целостности территорий Картли-Кахетии. Грузии предоставлялась полная внутренняя самостоятельность. Стороны обменялись посланниками.
Договор уравнивал в правах грузинских и русских дворян, духовенство и купечество (соответственно).
Особо важное значение имели 4 секретные статьи договора. По ним Россия обязалась защищать Грузию в случае войны, а при ведении мирных переговоров настаивать на возвращении Картлийско-Кахетинскому царству владений, издавна ему принадлежавших (но отторгнутых Турцией). Россия обязалась держать в Грузии два батальона пехоты и в случае войны увеличить число своих войск.
Одновременно, грузинам настоятельно рекомендовалось сохранять единство и избегать междоусобной розни, для чего Ираклий II должен был помириться с царём Имерети Соломоном I.
Основное политическое значение Георгиевского трактата заключалось в установлении протектората России в отношении Восточной Грузии, резко ослабив позиции Ирана и Турции в Закавказье, формально уничтожив их притязания на Восточную Грузию.
В 1783 году, в связи с заключением Георгиевского трактата, было начато строительство Военно-Грузинской дороги между Грузией и Россией, вдоль которой было сооружено несколько укреплений, в том числе крепость Владикавказ (1784).

2

Грузия сегодня заметно нервничал – его друг и покровитель, король Ираклий II, сказал подружиться с неизвестно практически кем. Экспрессивный грузин никогда не мог терпеть, когда что-то делают против его воли.
Я не знаю, кто этот ваш хренов Россия, почему я должен с ним сдружиться?! – мысли не покидали Грузию. Даже находясь в столь печальном положении между мусульманами, даже рассорившись с Абхазией и Колхидой, он убеждал всех, что он ещё покажет свою истинную силу, что помощь ему не нужна совершенно.
Сидя за столом, он следил, как Армения и Карабах бегают вокруг него и собирают на стол. Вот уж кто-кто, а они всегда с радостью были готовы подружиться с Россией.
Ну конечно, они слабые женщины, которые вот-вот войдут с состав Персии, если сейчас не найдут сильного покровителя. А я мужик, должен сам все сделать!
Но тут он вспомнил, что пока в его доме нет ни Абхазии, ни Колхиды, он совершенно беззащитен. И дело даже не в физической силе – пока братья разрознены, их можно разбить в пух и прах простым щелбаном. А ещё этот подданный царя отдал какому-то мальчишке Имерети! Всю! Это же надо! В ту же секунду Грузия далеко не схематично ударил кулаком по столу, отчего на нем подпрыгнула посуда и перепугались Армения и Карабах. Увидев, что они обратили озабоченный взгляд на него, он отвернулся от них на стуле в бок и обратился к Армении.
- Плесни-ка вина… сюда! – рукой показав на пустой бокал и рядом стоявший кувшин с кахетинским вином, а сам продолжил сидеть на стуле, уставившись в окно.
Грузия, вообще-то, с Россией был знаком, и они даже не редко ходили на битвы вместе, но он не проникся особой любовью к славянину. Что-то терзало его, ибо бывали случаи, когда Россия вел себя не надежно, да и тем более попал в тяжелую зависимость от Золотой орды, что в глазах Грузии показывало его слабость. Последней надеждой оставалось только вера в то, что царь Ираклий II ошибки не допустил.

3

Предстоящая встреча была очень важна для Армении. Даже словами не выразить, насколько. Поэтому с самого утра девушка порхала из комнаты в комнату, не без помощи сестренки Анаит приводя все в порядок. Девушка успела перемыть все полы в доме Грузии, раз двадцать вытерла отовсюду пыль, и теперь на неё даже намека не было. А про стол можно вообще ничего не говорить – все было по высшему разряду. Рипсиме очень сильно боялась сделать что-нибудь не так. Ведь тогда и она, и Карабах, и Грузия останутся на растерзание Ирана и Турции. И тогда – можно забыть, кто такая Рипсиме Ованесян. Она станет просто регионом на карте Турции или Ирана. Или еще хуже… при подобных мыслях девушку передергивало, и она пыталась отвлечься.
«Да все будет хорошо. По другому и быть не может. Россия не такой уж и суровый, я думаю… ух, Господи, лишь бы все прошло идеально!» - мысленно взмолилась Армения, расставляя столовые приборы. Она всеми силами пыталась скрыть свое волнение. Ведь важно, чтоб Карабах не начала нервничать. Она выглядела такой непринужденной, что не хотелось её тревожить. Анаит же совсем ребенок, и ей не нужно морочатся о таких взрослых вещах. Армения бы все отдала, чтоб быть на её месте и не заботится ни о чем, когда рядом есть старшие. Ну, чего нет, того нет.
Внезапно раздался оглушительный звук – Грузия ударил по столу. Девушка аж подпрыгнула от неожиданности и отошла подальше.
- Плесни-ка вина… сюда! – сказал он, показав рукой на пустой бокал.
Армения не выдержала:
- Слушай, может, поможешь нам наконец-то, а? Ты весь день сидишь и ничего не делаешь! А ведь тебе это нужно так же, как и нам! – вспылила она, скрещивая руки на груди. Её очень раздражало поведение Грузии в данной ситуации.

4

Вилки сюда. Ложки сюда. Чашки строго тут. Тарелки на определенном расстоянии от края стола.
"Нужно, чтоб все было правильно. А, кажется, надо тут немножко поправить..." - думала Анаит, поправляя вилку, начищенную так, что девочка видела в ней свое искаженное отражение. Было забавно глядеть на себя в такое "зеркало". Девочка улыбнулась и положила вилку на положенное ей место. Вроде со столом она сделала все, что смогла - остальное дело старшей сестры. А пока девочка огляделась вокруг, высматривая, чем же еще помочь. Вроде все было на своем месте, а вокруг не было ни намека на пыль или грязь - Армения постаралась. С самого утра Рипсиме работала, не покладая рук и не разгибая спины. Ну, вообще сестра никогда не работала спустя рукава - но сегодня она действительно изо всех сил старалась. И Карабах помогала ей, как могла. Ну, в силу своего еще совсем юного возраста, ей поручили только установление порядка в комнатах и сервировку стола. И все это девочка закончила. «И что мне теперь сделать?» - думала она, но ничего подходящего не нашла. Поэтому она села на стул, стараясь не мешать сестре, и решила ожидать дальнейших указаний.
«Интересно, а какой он, этот Российская Империя?» - спросила себя Карабах. Она мало общалась с другими странами, кроме Армении и Грузии, но слышала, что он довольно страшный. А если это так?.. Анаит тут же представила себе страшного великана с топором в руке, совсем как в сказках, которые ему рассказывала сестра на ночь. «Надеюсь, он не такой… иначе нам придется несладко. Как мы накормим такого великана?».
Но несмотря на то, каким будет этот человек, им все же надо сделать все возможное, чтоб ему угодить. Хоть людям в доме было приказано не говорить ничего Анаит, она как-то подслушала разговор Армении с другими. Сестра думает, что Анаит не замечает того, что происходит вокруг. А постоянные набеги Турции и Ирана? Будто это так незаметно! Но девочка вовсе не обижалась на сестру – та ведь просто хотела уберечь её от всяких напастей. Во всяком случае, у неё это плохо выходит.
Девочка перевела взгляд на другого человека, присутствующего в этой комнате – на Грузию. Тот, в отличие от снующей туда-сюда сестры, спокойно сидел на одном месте и о чем-то думал. Насколько Анаит помнила, он с утра еще ничего полезного не сделал. Но попросить его сделать что-нибудь Анаит не собиралась –в ряд ли такая страна послушает маленькую и беззащитную Карабах. Внезапно Илиа ударил по столу, да так, что подскочила посуда.  Не только она – Анаит тоже вздрогнула, а Рипсиме вообще подпрыгнула.
- Плесни-ка вина… сюда!
Анаит покорно встала с места и налила вино в бокал, стараясь не пролить ни капли на белоснежную скатерть. А в это время сестра начала отчитывать Грузию за безделье. Ну, Карабах оставалось только кротко кивать.

5

Грузия неспешно следил за реакцией девушек. Наконец-то он оторвал взгляд от окна и перевел его на Армению, которая, ни с того ни с сего, что-то на него вспылила. Пока Карабах наливала ему вино, он смотрел на Армению взглядом, который так и «говорил»: что за бунт в моем патриархальном государстве? Потом он моментально перевел взгляд на убегающую Карабах, которая, в отличие от сестры, быстренько наполнила его бокал вином. Грузия хитро улыбнулся и, глядя на Армению, демонстративно развалился на стуле, положив одну ногу поверх другой, и взял бокал вина в руку. После он  сказал Армении следующую фразу, не скрывая ноток иронии и насмешки в голосе:
- Ах, Армения, ну скажи мне, ну почему ты не такая, как твоя чудесная и миленькая сестренка? - Грузия отпил вина и, не давая  Армении продолжить, сказал, – если у тебя будет муж, и ты ему так будешь отвечать… не будет у тебя мужа. Или тебя
Пожалуй, Грузия решил немного отвлечься от дум о судьбе державы и поболтать с родственниками. Тем более, ни Абхазии, ни Колхиды дома нет, так что стебаться не над кем. Так что можно послушать, что там Армения верещит. Хотя это было не особо интересно. Куда интересна была мышь, которая оказалась не так далеко от девушек.

6

- Ах, Армения, ну скажи мне, ну почему ты не такая, как твоя чудесная и миленькая сестренка?
Девушка с негодованием скрестила руки на груди. Ну не виновата она, что в отличие от спокойной и тихой Карабах она не могла спокойно усидеть на месте и все время говорила. Много говорила. Ну ладно, очень много! И порой девушка сначала скажет – а потом подумает. Или зачастую вообще не подумает. И это было очень большим минусом – хорошая девушка (а тем более потенциальная невеста) должна быть молчаливой. Ну, вообще Рипсиме могла молчать, но это стоило ей больших усилий. Обычно рядом с родственниками, а особенно наглым Грузией и не менее наглым и ненавистным Азербайджаном, Ованесян невозможно было заткнуть.
- Я? Ара, ты сравнил небо и землю! Мне вот интересно, почему ты не такой спокойный, как, допустим… Кипр? Или Греция? Ты когда-нибудь слышал от них какие-нибудь колкости? Бери с них пример, ара!
Девушка довольно хмыкнула и вздернула носик к верху, считая себя победительницей. Сравнение с Карабах не особо её обидело – ведь с другой стороны это был комплимент для Карабах. Если сестренке приятно – это хорошо.
-…не будет у тебя мужа.
А вот это было уже лишнее. Девушка нахмурилась. Это была больная тема для Рипсиме – уж очень сильно она боялась остаться старой девой.
«Ну, все, доигрался…»
- У меня не будет мужа? Это скорее ты никогда не женишься! И будешь ходить без жены, без потомства! Позор!! И ты при этом являешься моим родственником! Позор на наши с сестренкой головы! Как так можно! Ха!– восклицала она, нервно смеясь. Хотя если мужчина ходил без жены, это было нормально, чем если девушка будет не замужем. Но сейчас это не так важно.
- И вообще, может, поможешь нам? Хотя, помогать-то уже нечем… - вздохнула Рипсиме и на автомате поправила идеально лежащую на своем месте вилку. «Надо готовится, а не валять дурака…»
- Все, Анаит, можешь отдыхать… - сказала Рипсиме и повернулась, направляясь к себе в комнату. Надо же себя немножко в порядок привести? Хотя это было и не нужно – национальный костюм без единого пятнышка или изъяна, лицо чистое, разве что волосы немного выбиваются из тугой, длинной, темной косы. Но до своей комнаты девушка так и не дошла – её остановило очень маленькое, но жуткое препятствие. Небольшая серая мышка, смешно шмыгая носиком, медленно приближалась к Рипсиме.
Мышь. Девушка. Давайте, думайте, что же будет дальше? Правильно! Визги, крики и запрыгивания на столы. Именно так девушка и поступила. Вот только она благоразумно прыгнула не на белоснежную скатерть стола, а на стул. Да и визги были громче раз в тридцать. Что-что, а голос у Армении был громкий – жаловаться не на что. Мышей девушка ненавидела больше всего на свете, если исключить Турцию и Азербайджан с Ираном. Не потому, что они были маленькие и противные.  Мыши – разносчики болезней. Кто не знает об эпидемиях чумы в Европе? Да и к тому же боязнь мышей,  наверное, у каждой девушки в крови.
Но тут Армении не повезло – стул, на который она запрыгнула, оказался ненадежной опорой. Он покачнулся и грозился упасть на пол, а бедная Рипсиме свалилась бы на стол, который они тщательно украшали и готовили.
-Хииии! – завизжала девушка. У неё перехватило дыхание.

7

Анаит очень волновалась - вдруг что-нибудь не так пойдет? А это уж точно случится, так как Армения и Грузия не могли не подраться или не поорать друг на друга. Ну, что поделаешь - приходится с этим мирится. Такая уж у неё родня. И самое интересное то, что именно Карабах придется мирить их. А это ох какая трудная работа. После такого можно получить психическую травму, моральное подавление или что-нибудь типа того. Но маленькая Ованесян уже привыкла, и не страдает такими болезнями.
- Ах, Армения, ну скажи мне, ну почему ты не такая, как твоя чудесная и миленькая сестренка?
Услышав слова Грузии, девочка повернулась лицом к родственникам. С одной стороны, ей было приятно слышать подобный комплимент в свой адрес. Но с другой стороны он обижает сестрицу, а это очень плохо.
- Илиа, сестренка же хорошая, не говори так, - сказала Анаит тихим и детским голосом, как вдруг её прервала Армения:
Я? Ара, ты сравнил небо и землю!..
Дослушав сестру, Анаит сложила ладони чуть выше груди, понимая, что встреча с Россией обречена на провал. Началась разборка. Армения стала чуть повышать голос на Илию. И причиной была тема замужества. Как-то Анаит уже говорила с Рипсиме на эту тему и уже успела двадцать раз пожалеть, что вообще начала этот разговор. Она знала, что Рипсиме трудно, поэтому старалась не говорить на такие темы.
Итак, волнение девочки выросло в три раза. Она жалобно смотрела то на Грузию, то на сестру, тем самым прося   их прекратить. Но они не обращали на неё внимания. Конец Света близок. Девушка вздохнула и попыталась отвлечься, увидев, что остановить их невозможно. Девочка печенкой ощущала, что встреча не удастся, но не говорила об этом. Мысли её занимало это предчувствие, пока она не услышала визг Риспиме.
-քույրիկ...[сестренка] - испугалась девочка.
Анаит обернулась и увидела визжащую сестру, которая запрыгнула на стул. Но тут мебель пошатнулась, и Рипсиме почти упала на стол, которые девушки так тщательно сервировали. Хорошо, что Анаит была поблизости, и ей удалось схватится за юбку сестры, и она потянула её на себя, дабы сестренка не упала на бедный стол. Но тут Карабах прогадала силы и худо было ей. Армения все равно не удержалась, но упала уже не на стол, а на сестру, тем самым придавив её.
- Сестренка... - прохрипела Карабах
Хоть Рипсиме не была такой уж тяжелой, на у Карабах были хрупкие кости и была совсем еще ребенком. И это было еще не самым страшным. Если честно, Анаит тоже боялась мышей, но по другой причине. Для неё они были омерзительными. И, как назло, это мышь оказалась прямо у неё перед лицом.
- Хииииии! - завизжала Анаит прямо в ухо упавшей на неё сестре. Яблоко от яблони недалеко падает, так?

Отредактировано Karabakh (28 Дек 2011 22:09:02)

8

КАК ЖЕ ДАВНО ГРУЗИЯ ТАК НЕ РЖАЛ. Его всегда поражало до глубины души то, как девушки реагировали на всякого рода грызунов. Но ладно бы только это – они так виртуозно устроили карнавал в доме, что он не стал сдерживать себя и, схватившись за живот, дико заржал. Через пару секунд он встал и, утирая слезы, пошел поднимать Эривань с сестрой на ноги. Мышь, завидя сей хаос, убежала в щель входной двери, остановившись в том крохотном проеме.
- Арм, ты…. Звезда!!! – помогая встать Армении сказал грузин, продолжая дико ржать – С такой грацией только армянки могут падать,  ставя под угрозу то, что они делали в течение дня, пхахаха!! мамой клянусь!
Подняв Армению, он посмотрел на неё и поспешил отойти к Карабаху. Почему? Грузия тоже себя спросил: Почему у меня такое ощущение, что она меня сейчас придушит?
- Короче, женщина, иди, отряхнись, а то Московия не оценит, - сказав это, Грузия, еле сдерживая смех, помог Карабаху встать, отряхнув место её падения и потрепав слегка по голове. Но только предчувствие ему подсказывало, что кто-то что-то недоброе замышляет. И это была не мышь.

Отредактировано Georgia (9 Мар 2012 02:41:30)

9

Армении очень повезло, что у неё есть такая сообразительная сестра, как Карабах. То, что в итоге она придавил собой же сестру, её не волновало – главное, что стол остался цел и невредим. Правда, мышь была все еще рядом, что не могло не волновать. Хотя, какое волнение? Девушка была близка к истерике, как и её сестра. Правда, от их криков бедный грызун убежал, наверняка размышляя о странности этих людей и их криков.
- Анаит, ты там жива? – спросила Рипсиме, пытаясь встать с сестры. Конечно, под центнер девушка не весила. Но её тридцать пять килограмм, конечно, были ненормальными. Хотя это простить можно – все же она долго голодала. Спасибо Турции за это.
Когда раздался смех её братца, Ованесян резко обернулась и одарила его взглядом, после которого обычно долго не живут. Но все же она слегка смягчилась, когда он помогал ей вставать. Ключевое слово – слегка.
- Арм, ты…. Звезда!!! С такой грацией только армянки могут падать,  ставя под угрозу то, что они делали в течение дня, пхахаха!! мамой клянусь!
Илие ОЧЕНЬ повезло, что он все таки решил поднять на ноги и Карабах и посему отошел от Армении. Иначе бы она ему врезала по лицу. Ну, или куда-нибудь еще – вариантов много. Но раз он отошел, кидаться на него сейчас было бы немного глупо. И поэтому Рипсиме лишь просверлила его косым взглядом типа «я прокляла тебя четырежды» и замогильным голосом сказала:
- Я тебя ударю сейчас.
Такая формула очень хорошо обычно действовала – суровый взгляд плюс такой голос приносили свои плоды. Поэтому на счет продолжения перепалки Рипсиме не волновалась и просто начала приводить себя в порядок. Пол был не таким уж и пыльным, но прическа и одежда слегка пострадали.
- Короче, женщина, иди, отряхнись, а то Московия не оценит.
- Я и без тебя знаю, что делать! – гневно скинула руки Армения, и, подойдя к Карабах, начала отряхивать её, а не себя. – И хватит трепать её по голове, прическу испортишь!
Девушка достала из кармана расческу и принялась причесывать сестренку. Волосы её были распущены, и лишь самая длинная прядь была собрана в хвост. Почему-то сегодня Армению это не устроило, и она решила сплести ей косичку. Долго времени это не заняло – пальцы привычно перехватывали пряди, накладывая одну на другую, переплетая их. Уже меньше чем через минуту длинная, но тонкая косичка была готова. Но чего-то не хватало.
- Подожди тут.
Армения вышла из комнаты и вскоре вернулась с белой ленточкой в руках. Нагнувшись, она сделала бантик и привязала к концу косички.
- Нравится? – спросила она у Карабах, улыбаясь. Сестра выглядела великолепно, хоть сейчас на какую-нибудь церемонию иди. Теперь можно и себя в порядок привести. Тут Рипсиме пришлось поработать подольше – её волосы были длиннее и гуще, поэтому делать косу пришлось дольше. Но в итоге все было готово.
- Ты бы тоже себя в должный вид привел. И где носит нашего гостя, кстати? Чем раньше он приедет…
«…тем больше шансов, что мы не убьем друг друга»
- … тем лучше.

10

Карабах было не впервой попадать в такую ситуацию. Идеальное дружеское падение вместе с сестрой. А большинстве случаев, как помнит девочка, бедный Грузия был в побеге с огромной шишкой на голове. А вслед ему летела любимая скалка Армении. Почему? Ну, попался под горячую руку, видимо.
Сейчас же всё было тихо.
- Анаит, ты там жива? – услышала встревоженный голос  Рипсиме. Ованесян младшая тихо проскулила, не в силах выдавить и слова. Сестра быстро встала с неё. Не без помощи братика, конечно. И Анаит смогла свободно вздохнуть. Конечно, Армения не так много весила, но все же было неприятно.
Когда Карабах услышала смех Илии, то сердито посмотрела на него. Девочка надула губки, и это давало ей образ непослушной малышки, которая хотела вкусную конфетку.
- Всё из-за тебя, Илиа! Сегодня важный день, а ты, опять со своими шуточками! – буркнула Анаит.
Она присела и удрученно вздохнула. Дальше ей помог подняться братик. Он потрепал её по голове, а Карабах посмотрела на него с недовольством, словно говоря «Прекрати сейчас же!». Анаит скрестила руки у груди и повернула голову в сторону, фыркнув.
- И хватит трепать её по голове, причёску испортишь!
- Вот именно! – поддакнула Ованесян, горделиво подняла носик. Так девочка себя лишь только после какой-то идиотской шутки Грузии. Уж слишком они ей надоели. Каждый раз одно и то же!
Анаит была полностью не против расчесать волосы. Она любила, когда это делала сестра. Но дело в том, что шевелюра её очень не послушная и тонкая. Да и расчёсывать ей их было неудобно. Зато Рипсик это прекрасно делала. Она чудесно плела косы!
Пока Армения разглаживала её волосы, Анаит улыбнулась и радостно посмотрела на сестру. Недовольство ушло мигом. А когда она куда-то ушла, то девочка немного удивилась и стала ждать сестрёнку. Рипсиме вернулась скорее, чем ожидала Карабах. В руках она держала бархатную ленточку.  Анаит улыбнулась. Сестричка его привязала к концу косички.
- Нравиться?
- Угу – улыбнулась ещё шире девочка.
Ну вот, теперь всё готово. И маленькая Карабах надеялась, что братик сюрпризов больше не приготовил. Девочка посмотрела на стол, над которым они так трудились сестрой. Ну в целом он неплохо выглядел. Анаит ухмыльнулась. Всё-таки они с Рипсиме – лучшие сестры на свете! А вот Илиа совсем не помогал им. Он весь день сидел и ленился. Подумав  об этом, нежная улыбка с лица Ованесян сползла, и она вновь обрела серьёзный совсем не детский вид.
- Илиа, слушай, мне…, - девочка быстро поправила себя, - нам, - выделяла это слово, - ужасно надоели твои шутки. Сегодня важный день, от этого дня зависит наша судьба. Ты бы мог нам с сестрой…, - она взглянула на сестру, - …помочь хоть чем-то! А ты сидел и валял дурака. Может, достаточно? Ты же взрослый человек!
Анаит была явно недовольно. Она серьёзно смотрела на брата. Ведь девочка уже сотню раз повторяла одно и тоже. Ей всё это надоело! Сколько же можно!   
«Братик совсем не понимает, когда можно играться, а когда нет» - твердо подумала она.

11

Брагинский ехал к границам своей империи, новое соглашение и новые государства станут его родственниками, пускай и не кровными. С одной стороны, он должен быть рад таким свершениями, но с другой….
Новые родственники были слабы, и отнюдь не искреннее желание стать «едиными с ним» двигало ими. Скорее уж корысть. Вероисповедание – единственное, супротив чего, Иван не смог бы возражать, он до сих пор помнил, как части его воевали меж собой, а Орда желал подчинить их и уничтожить их веру в собственную свободу и Господа. Да, он избавился от ненавистного захватчика, заставив некоторые части его «растворится» в своей империи. Если бы те, кто желал стать Ивану семьей, исповедали другую веру, Российская Империя предвидя проблемное будущее вряд ли бы встал на их защиту, впрочем…
Картеж двигался в сторону Георгиевской крепости, русский ощущал мысли своего народа, далеко не все были довольны решением императора. Новый рот, новая проблема для государства. Кроме того, вечные дрязги между сим многочисленным семейством, должны были в последствии рассматриваться Иваном, как свои собственные.
«Будто мне сестер моих неразумных не хватает. Кроме того….»
Брагинский нахмурился, он уже знал, как эти нации, обретя его поддержку решались бросить вызов своим обидчикам, а потом смотреть как он будет биться за них. Это его дети будут проливать кровь за них и отстаивать интересы то ли родины, то ли отдельно взятого меньшого родственника. В случае победы, маленькая нация будет благословлять своего спасителя, и между делом тянуть ручки к богатствам. А в случае проигрыша, первая будет кричать о немощности.
«Господи, ты один видишь мои требы. Прости меня за мысли скверные. Я приму эту ношу и с легкостью понесу ее, раз так желает правитель. В конце концов лишь в единстве сила, возможно мне удастся примирить их…»
В последнем Брагинский искренне сомневался, так как родственники всегда будут друг с другом «на ножах», ибо память их длинна….
Подъехав к крепости, Иван вышел из кареты и залюбовался видами, весьма в живописных местах жили его новые «братья и сестры».
« И как можно ссорится в таких местах привольных
- Российская Империя.
Возвестил о госте, прислужник.

12

-Ну вот ещё, всякая молодежь ещё тут командовать будет, давай иди гуляй, - сказал Грузия Карабаху, как бы намекая, чтобы она перестала распоряжаться, не доросла  ещё. И вообще, не в их положении противоречить Грузии, все в одной лодке сидят.
- Ты бы тоже себя в должный вид привел. И где нашего гостя носит? – Грузия в пол-уха слушал Армению, но в ответ на то, что все-таки услышал, несколько приободрившись, ответил:
-Я в любом виде выгляжу прекрасно, - продекламировал грузин, схватив стакан с вином со стола, и выпил его до дна, - мне кажется, что визит этого вашего России не заставит долго ждать.
Тут уже настроение Грузии несколько поугасло. Из окна этого дома виднелся небольшой кортеж с российскими флагами. Грузия подошел к окну поближе, чтобы рассмотреть, кто именно приехал.
- Российская Империя! - возвестил прислужник.
Как только грузин увидел гостя, ему снова стало не по себе. Он смотрел, как спускается Россия из кареты и еле сдерживал себя, чтобы не прогнать его в его леса дремучие. Почему?
-……… Я не могу понять, почему Ираклий продолжает верить этому предателю! – сказал Грузия довольно тих тихо, но очень твердо и с небольшой с дрожью в голосе.
Он резко отпрянул от окна и пошел встречать гостей. Попутно перед его глазами всплывали события прошлого.
Я тебе поверил, сначала. Я надеялся, что ты умеешь соображать. Когда встретил тебя с Петром, то проникся к тебе доверием, но от тебя даже тогда веяло холодом. Тебя не интересовала идея соединения наших земель под твоим руководством. В этом был куда больше заинтересован сам Петр. Религиозное братство? Да плевать ты на него хотел! Твоя помощь – это как мертвому припарки. В той войне я был готов пуститься в бой с Ираном и перерезать ему глотку за все то, что он учинил, но без твоего разрешения я этого не сделал. Я верил тебе,  Но нет! Ты вообще не пришел, ты бросил меня на растерзание Турции и Ирана! ЧТО Я МОГУ ПОДЕЛАТЬ ОДИН ПРОТИВ НИХ?!
Грузия вышел из дома и громко хлопнул дверью. Дальше он шел, смотря на картеж, и продолжал думать.
Тебе этого было мало. Тебе всегда не было до нас дела! Ты бросил меня в дом Турции, и никогда не узнаешь, что мне пришлось там увидеть. И вот странная особенность: когда у тебя появляются «благие намерения»,  ты решаешь играть жизнями христианских народов на Балканах и Закавказье. Все равно мы пошли за тобой, но какой ценой? Да никакой! Русско-турецкая война, в которой я тоже принял участие, окончилась для меня ничем!! Ровным счетом! Потом Ираклий хотел отдать меня тебе как подарок, лишь бы обезопасить нас от мусульман, и… опа, Россия сделала что-то новенькое? НЕТ. НЕТ, Имперские особы оказались незаинтересованны брать под опеку братские христианские страны: «странные и совсем не по времени учиненные предложения». Я этот ответ на скоро забуду, Россия. Чем мы хуже вас?! Знал бы ты, как я не хочу идти под твой контроль, но если это обезопасит нас, моих братьев и сестер от ужаса мусульман, я готов пойти на это.
- Здравствуйте, Российская Империя! – добродушно, с улыбкой по-кавказски, сообщил Грузия, словно он совершенно не держал зла, - Давненько к нам не захаживали!
Ага, я прям «заскучать» не успеваю.
Грузия распорядился, чтобы слуги отвели лошадей в стойло, почетных гостей пригласил пойти в палаты к Царю Ираклию, а он повел Россию  к накрытому армянками столу.
Господи, ну пожалуйста, ну сделай так, чтобы он опять нас не бросил на произвол судьбы, ну сколько над нами можно издеваться?!, - взмолил чуть ли не плача про себя грузин.
- Очень рад осознавать, что ты получил мое письмо и отозвался нам помочь! Все-таки не угас интерес российский в землях кавказских! Но прежде, чем мы обсудим все…, - Грузия легким движением руки открыл дверь в дом, где уже стоял накрытый скатертью и заставленный яствами стол, у которого очень добродушно стояли и улыбались Армения и Карабах, - предлагаю отметить Ваш визит, гость любезный!

________________
P.S. Армянкам - посмотреть в Википедии о положение Армении на данный период
P.P.S. России учесть, что мы решили не в Георгиевской крепости делать эпизод, а в Тбилиси. И вообще глянуть в википедии о том, что было до и после Георгиевского трактата, а-то как-то странно игра складывается, получается, что как будто впервые друг друга видим, хотя событий было уже масса.

13

Напряжение потихоньку нарастало в нервозность. Армения никак не отреагировала на слова грузина, хотя в обычное время обязательно съязвила бы что-нибудь по поводу «прекрасности». А пока она лишь небрежно кинула фразу:
- Не груби Карабах.
  Сказала и замолкла, приобняв сестру за плечо и отрешенно глядя в окно. Девушка нервно теребила ткань платья сестры, а сама то и дело едва заметно теребила косичку, перекинутую через плечо.
«Чем скорее он приедет, тем скорее уедет. Надо произвести хорошее впечатление. Хорошо накормить. Не заговаривать много о политике – это возьмет на себя Илиа. Главное, чтобы он не наговорил лишнего. Следить за ним. Карабах все может и сама – ей надо лишь тихо сидеть…»
Её размышления прервал один из слуг, возвестивший о прибытии Российской Империи. Девушка резко повернулась к окну – так оно и есть. Он прибыл.
Империя. Одно его имя звучало грозно, властно. Он – не просто государство. Целая настоящая империя. Почти такой же, каким был дедушка Урарту. Армения смутно помнила Россию, но хорошо запомнила его мать – статную, необычайно красивую женщину с длинной светлой косой и милой улыбкой. Она была чем-то похожа на Великую Армению. Наверное, той же добротой в глазах, той же готовностью в любой миг умереть за любимого ребенка, за родную плоть и кровь.
Его походка и осанка говорили сами за себя. Девушка нервно сглотнула. По сравнению с его одеждой «с иголочки» её платье казалось тысячелетними лохмотьями. Армении стало не по себе. Стоило ли вообще все это затевать?
Она помнит. Тщетное ожидание его войск, пленение Персией, годы тщетной надежды.
« - И где же он?! Где его черти носят! – отчаянно вопил Вахтанг, стреляя по туркам из лука.
Рипсиме сама не знала, что и думать. Ей обещали помощь. Она не может справиться с Турцией одна, с таким небольшим количеством отрядов. Она потянулась за очередной стрелой, но вместо привычного холодного метала пальцы схватили пустоту. Колчан пуст. Паника.
Вражеская стрела задевает висок. Ужасная нерасторопность может стоить ей жизни. Девушка пригнулась и начала искать глазами оруженосца.
- Сурен, колчан! – приказала она. Молодой юноша её услышал, как ни странно. Для самой Рипсиме её голос слился с тысячью других звуков, став неразличимым. Она не слышала сама себя. Крики умирающих заглушались криками живых воинов. В ушах звенело от лязга метала и свиста стрел.
Сурен уже подбегал к госпоже с новым колчаном, но так и не добежал – стрела пронзила его в грудь. Юноша грузно упал навзничь, выронив стрелы. Ему уже ничем не помочь. Рипсиме на миг снова оцепенела. Он прослужил у неё не больше трех дней, но смерть любого из её солдат не уходила бесследно.
Сердце снова кольнуло. И еще. И снова. Жертв еще больше, чем она ожидала.
Армения ползком подобралась поближе к колчану и схватила его, перекидывая через спину. Пальцы снова привычно тянуться к стреле, натягивают тетиву. Девушка снова в строю, готовая стрелять на поражение. Еще один турок убит её выстрелом.
- Рипсиме! Где он?! – вновь спросил царь.
- Я не знаю! Не знаю! Не знаю! – в истерике кричала девушка, сопровождая каждое слово очередным выстрелом…»

- Не знаю…, - прошептала она, предаваясь не самым приятным воспоминаниям. Она помнит то томительное ожидание, сопровождающееся тем выбросом адреналина. Они все были на грани смерти. И ждали. Но тщетно.
Рука по привычке снова потянулась к месту, где находились стрелы. Заметив это, Армения словно вышла из оцепенения и сделала вид, что поправляет волосы. Грузия уже пошел встречать гостя, слишком громко хлопнув дверью. От девушки это не укрылось. Но она лишь взяла Карабах за руку и сильнее её сжала.
Анаит.
« - Не дай ей умереть! Она всего лишь ребенок! – кричала Армения. Но турок лишь схватил её за горло и отшвырнул подальше.
- Ты жалко выглядишь.
И вышел из комнаты, заперев её снаружи. Девушка заперта у себя дома, не в силах выйти и сделать хоть что-нибудь, чтобы помочь маленькой сестре. По тем обрывкам слухов, что доходили до Армении, она узнала, что девочка не сдалась, а наоборот – начала с Турцией борьбу. Неравную. Абсолютно. У неё не было шансов.
Ничего. Вахтанг эмигрировал в Россию. Он точно что-нибудь предпримет. Россия не бросит их во второй раз. Вахтанг не позволит. Не сможет. Не позволит. Карабах…»

- Очень рад осознавать, что ты получил мое письмо и отозвался нам помочь! Все-таки не угас интерес российский в землях кавказских! Но прежде, чем мы обсудим все, предлагаю отметить Ваш визит, гость любезный!
Россия и Грузия подошли к столу. Иван находился совсем близко. Высокий, сильный, он был её единственной надеждой. Не только её – их всех. Она знала, что под одеждой, на груди, у него висит крест. Такой же, как у неё. Знак, которому девушка доверяла. Единственная христианская страна поблизости. Им остается лишь верить, что он их не оставит вновь.
- Приветствуем вас, - сказала тихо Рипсиме.

14

- Ну вот ещё, всякая молодежь ещё тут командовать будет, давай иди, гуляй!
- Что? - возмутилась девочка, скрестив руки на груди. Она обиженно надула губки и повернулась спиной к брату, развернувшись на невысоких каблучках. Ованесян не любила, когда кто-то намекал на то,  что она ещё слишком мала для того чтобы дать кому-то совет или высказать свое недовольство. Все вокруг думали, что Карабах ещё не такая большая страна, как к примеру Российская Империя или Британская, не имеет опыта и не может принимать очень важные решения. Её сравнивали с беззаботными маленькими странами.
Да, претензий нет, Арцах ещё ребенок, но в отличии от этого парнишки, девочка может делать успешные шаги вперед к процветанию своего государства, правильно смотреть на трудную ситуацию, понимать когда нужна  помощь, а когда нет, не допускать глупых и позорных ошибок, хотя иногда и не получается. Но Анаит старается стать лучше во всех смыслах этого слова. Она взрослеет и развивается.
Конечно же, девочка не любила такое отношение к себе, и слова брата прозвучали для неё, как оскорбление. Но все же она старалась скрыть свои эмоции и чувства за маской, что у неё неплохо получалось.
Но всю обиженную ауру, что исходила от Анаит, развеяла  её старшая сестра, которая заботливо теребила подол платья девочки. Посмотрев в лицо Армении - её родному человеку, что всегда был рядом и помогал в любой ситуации, Анаит улыбнулась нежной и теплой улыбкой, а лицо её посветлело. Она любила сестру. Очень. Рипсиме была для Карабах  кумиром и примером во всем. Даже её бойкий характер всегда нравился маленькой и скромной девочке. Армения была самым близким и родным человеком для Анаит, что никогда не бросит её в беде, защитить и  всегда сумеет убедить  её, что все хорошо.
И все же радость в душе Карабах долго не длилась.
- Российская Империя прибыл, -  слова слуги прозвучали для Анаит внезапно. Этот холодный голос пробежал мурашками страха по спине девочки.
«Он пришел» - подумала Ованесян, прикусив нижнюю губу от волнения. Яркая улыбка сползла с её детского лица, и девочка почувствовала, как её бросило в легкую дрожь. Она ощущала, что сердце начало биться с огромной скоростью, словно желало вырваться из груди. Ладони и лоб вспотели и во всю её сущность поселилось до жути неприятное чувство по имени СТРАХ.
«Но чего же я боюсь?» - спросила себя девочка, надеясь, что сознание даст ей правильный ответ. Но нет, она ошибалась.
Карабах несколько раз глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Только это упражнение ей совсем не помогало, а страх и волнение продолжали давить на неё, со всех сторон сжимая. Они просто пожирали её изнутри, а сознание давало какой-то знак, и тогда она поняла.
«- Анаит!- позвал её суровый  широкоплечий мужчина средних лет с темными волосами .
- Да, - тихонько пискнула девочка, слезая с кровати и подойдя ближе к Давид-Беку, который управлял военными действиями на данный момент. Девочка взглянула в глаза мужчины, где читалась серьезность, храбрость, и от этого её передернуло. В отличии от сильного и мужественного Давида, который сражался за свободу своей родины, Анаит была беспомощной, хрупкой, слабой, поэтому не могла ничего сделать ради победы и лишь только продолжала ждать.
Главнокомандующий присел на корточки, чтобы видеть невинное лицо Ованесян, положил руки на её хрупкие плечи  и сказал каким-то виноватым голосом:
- Появились проблемы.
Эти два слова сжали сердце Карабах и разбили его на части. «Проблемы» из уст Давида могли означать только одно. С глаз девочки брызнули слезы и она, закрыв лицо руками, зарыдала. Анаит понимала, что все это значит, но  й было трудно такое признавать. Она просто не могла этого сделать.
- Армения попала в плен.
Весь её внутренний и счастливый мир разрушился и погиб во мраке. Потому что тот свет, что освещал его, пропал. Самое родное и близкое исчезло. Уже не будет той радости, того веселья и смеха. Настали тяжелые времена.
Давид-Бек хотел успокоить Карабах, просто желал помочь ей. Он говорил ей, что все будет хорошо, что   скоро война закончиться, а ужас пройдет и она сможет справиться с этим. Но Анаит даже не слушала его, а лишь только продолжала всхлипывать и рыдать.
Соленые струйки катились по её щеке, а потом каплями рушились на пол. В груди что-то кололо. Глаза покраснели, а всю её сущность бросило в легкую дрожь, словно ей было холодно. Но нет ей было страшно. что же теперь? Что она будет делать?
Девочка немного успокоилась, но ей было больно от одиночества и печали внутри, что сгрызали её.
- Как поступим? - спросил мужчина, смотря на Карабах серьезными глазами. Ованесян поняла, что на данный момент  их положение очень тяжелое и от её решение зависит все. нельзя сейчас плакать и бездействовать, иначе все потеряно.
- В бой…, - прохрипела она, вытирая слезы, а потом уверенно и громко сказала, - Мы не сдадимся просто так. В бой!
В глазах горела уверенность и сила, но она знала, что её силы совсем не равны, и девочка в любом случае потерпит поражение. Но ради сестры, что не сдавалась, Карабах пойдет вперед и не даст победу в руки врага просто так. Она тоже сильная.
- В бой! - громко повторила девочка, подняв руку вверх. »
«Неужели Российская империя оставил её? Почему он не помог?  Как он мог так поступить с ней?!»
Именно в этот день Карабах стала недолюбливать Российскую Империю. Но она понимала, что слишком слаба и мала, чтобы хоть что-то сказать против него. Поэтому ей приходилось молчать и продолжать не любить  его внутри себя.

Вспоминая те ужасные времена, на глазах девочки навернулись слезы, но она их сглотнула, чтобы сестра и брат ничего не заподозрили. Кстати об Илиа -  Анаит взглянула на захлопнувшуюся дверь и поняла. Что Грузия пошел встречать гостя. Она ещё раз глубоко вздохнула, отгоняя все отвратительные и ужасные воспоминания. Только страх и волнение все так же присутствовали и не давали ей покоя.
Армения подошла к ней, и взяла за руку, когда вдруг дверь отворилась, и на пороге появились брат и Иван.
Сердце больно заколотилось в груди, а по спине побежали мурашки, стоило Анаит лишь только посмотреть в сторону гостя. Но девочка выдавила улыбку из себя и сказала:
- Рада вас видеть, Иван.
Голос её немного дрожал, но Карабах надеялась, что этого не все заметили. Она сильно сжала руку сестры и прошептала, так чтобы её услышала только Рипсиме.
- Умоляю, не отпускай.
« Не оставляй меня снова одну»

Отредактировано Karabakh (29 Авг 2012 20:33:41)


Вы здесь » Hetalia: Through the Eternity » XIX в - XX в (Балканы) » Безвыходных положений нет (Груз., Арм, Караб., Рос.)